0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Кто выиграл в европарламенте

Содержание

Результаты выборов в Европарламент: как изменится Европа? Оценка политолога

23–26 мая в Европейском союзе состоялись выборы в Европарламент. Избирался 751 депутат. Европейская народная партия получила 180 мандатов, Блок социалистов и демократов — 145 мест. Центристский Альянс либералов и демократов Европы (ALDE) получил 109 мест. «Зеленым» досталось 70 мест. Европейские консерваторы и реформисты (евроскептики) получили 60 мандатов, «Европа наций и свобод» Марин Ле Пен — 58 голосов.

Для Европы эти выборы были напряженными. Некоторые политики ожидали низкую явку. При этом один из крупнейших членов Евросоюза, Великобритания, готовится выйти из него в ближайшее время, что ставит под большой вопрос идею и практику евроинтеграции. Для евроскептиков это очередной аргумент в пользу их позиции. Недоброжелатели Европы в связи с Брекзитом полагают, что это начало конца Евросоюза. О чем говорят результаты выборов и как они могут отразиться на отношениях с Россией? Об этом нам рассказал заведующий сектором стратегических оценок ИМЭМО РАН Сергей Уткин.

«Политическим группам придется с большим усердием искать компромиссы»

— Как бы вы оценили явку европейцев на выборах? В частности, зампредседателя Еврокомиссии Франс Тиммерманс заявил, что самую большую угрозу свободе Европы представляют не Россия и не глава МВД Италии, политик правого толка Маттео Сальвини, а безразличие избирателей. Стоит ли разделять такой пессимизм?

— Да, изначально были опасения, что будет снижение явки по сравнению с предыдущими выборами. Однако мы увидели, что явка увеличилась. А явка — это вопрос легитимности Европарламента. Если людям неинтересны выборы, то возникает вопрос, а кого собственно представляет этот орган власти. На сегодня, по последним данным, явка составила более 50%. Это хороший результат. Все последние выборы в Европарламент явка постоянно снижалась, приближаясь к отметке 40%. Для евроскептиков это был бы хороший аргумент, чтобы ставить под вопрос легитимность парламента. Но все-таки эти выборы показали, что жители Евросоюза понимают важность евроинтеграции.

— Как бы вы охарактеризовали расстановку политических сил в Европарламенте?

— Новый парламент будет более фрагментированным. Если раньше, чтобы образовать большинство, достаточно было договориться правоцентристам и левоцентристам, то теперь это будет уже невозможно. Теперь им придется прибегать к помощи либералов и «зеленых». То есть политическим группам придется с большим усердием искать компромиссы. При этом также есть группы евроскептиков. Правда, они тоже не единый блок. И даже если им удастся всем объединиться, то это будет крупная фракция, но не большинство. Это менее 200 мандатов из 751.

То есть большинство избранных депутатов в этом созыве находятся на твердой позиции поддержки европейского интеграционного проекта. Споры, конечно, будут. Но это будут споры скорее не между сторонниками евроинтеграции и евроскептиками, сколько дебаты между правоцентристами и «зелеными». Они будут касаться, например, вопросов экологии. Евроскептики, конечно, тоже будут заявлять о своей позиции, но вряд ли им удастся влиять на решения Европарламента в целом.

— Большинство мест в Европарламенте получила христианско-демократическая Европейская народная партия и Прогрессивный альянс социалистов и демократов. Хотя оба объединения потеряли примерно по 40 мест по сравнению с предыдущим созывом. Что ждать для Европы от такого сочетания политических сил?

— Европейская народная партия — это совокупность партий в разных странах, которых объединяют общие идеологические принципы, умеренный консерватизм. В ее рамках есть политические силы, которые на национальном уровне сами для себя определяют повестку. В частности, в эту партию входит венгерская партия «Фидес», лидером которой является Виктор Орбан. Ее в Евросоюзе часто критикуют за авторитарные тенденции, кто-то даже называет ее крайне правой. Она ответственна за многие решения в Венгрии, которые вызывают отторжение у других партнеров в Европейской народной партии. Но при этом есть некая общность по ряду вопросов. А значит, внутри этой политической группы еще необходимо искать консенсус. Она не является монолитом, сплоченным партийной дисциплиной. Кроме партии «Фидес», у правоцентристов есть и другие поводы для разногласий.

Если говорить о левых, то у них ведущая ценность — справедливость. Их требования: увеличить налоги для богатых, усилить социальные программы для бедных и так далее. Но я хочу подчеркнуть, что в Европарламенте решаются не все вопросы, которые существуют в Евросоюзе. Один из принципов Евросоюза — это субсидиарность. То есть каждый следующий уровень принятия решений является лишь дополнительным к более низкому. Вопросы должны решаться на том уровне, на котором их можно решить эффективно. Если какой-то вопрос можно решить на уровне муниципалитета, не нужно решать его на уровне страны или тем более в Европарламенте. Это философия распределения разных вопросов по разным уровням власти. В Европарламенте идеологическое различие оказывает влияние на процесс принятия решений, но несколько иначе. Там принимаются только те решения, которые важны для Евросоюза в целом.

— И все-таки левые заняли только второе место. Впервые в истории Европарламента они получили меньше половины мандатов — 329 из 751. Почему так? Среди народов Европы уже не так популярны социальная справедливость, социализм и так далее?

— То, что социал-демократия сегодня не в лучшей форме, объясняется изменениями в структуре европейских обществ за последние десятилетия. Традиционно они ориентировались на защиту интересов того, что раньше называлось рабочий класс. Сегодня люди, которые находятся в статусе наемных рабочих, уже не ощущают, что социал-демократы защищают их интересы. Поэтому число сторонников снижается.

Есть и ситуативные моменты. В каких-то странах активу социал-демократических партий все сложнее находить общий язык с современным поколением. Им на смену идут другие политические силы. Например, в Германии они отстают по уровню поддержки от партии «зеленых». При этом в Германии они входят в коалицию с правоцентристами — христианскими демократами. По идее они должны быть идеологическими противниками. Это, по мнению некоторых левых, дискредитирует социал-демократов.

Во Франции до Макрона президентом был Франсуа Олланд. Он представлял партию социалистов. И, как мы помним, его правление очень критически оценивалось французами. Это был шанс для социалистов как-то позитивно себя проявить. Но шанс был провален, и сейчас социалисты во Франции на третьих ролях.

На место классических левых сейчас приходят «зеленые», в повестке которых делается акцент на экологию. Эти силы имеют популярность среди молодежи. В Европарламенте из различных «зеленых» создана единая политическая группа, которая займет четвертое место по численности после право- и левоцентристов и группы либералов. При этом «зеленые» воспринимаются как часть мейнстрима, а не какие-то радикалы. Да, изначально «зеленые» были склонны к крайностям, к маргинальности. Но постепенно эволюционировали. И сейчас они вполне успешно взаимодействуют с центристами в различных странах, есть примеры их участия в работе правительств. Вполне вероятно, что они смогут добиваться своих целей при принятии решений в Европарламенте. Особенно в связи с тем, что сегодня центристы очень осторожно подходят к критике экологической тематики, потому что у части избирателей есть запрос на нее. Поэтому, вероятно, в этом созыве мы увидим попытки сближения с «зелеными» со стороны центристов.

«В новом созыве предстоит немало баталий по миграционным вопросам»

— Более 170 мест в парламенте заняли те, кого принято называть евроскептиками, крайне правыми и националистами. На ваш взгляд, много это или мало, могут ли они оказывать влияние на политику остальных партий?

— Все-таки большинство избирателей проголосовали не за евроскептиков. Почему они не набирают больше? Одна из их проблем в том, что евроскептицизм оказывается чуть ли не единственной объединяющей разнородные партии идеей. Это польская партия «Право и справедливость», итальянская «Движение пяти звезд», немецкая «Альтернатива для Германии», французская «Национальное объединение». Кто-то из них представляет крайне правый спектр, кто-то является популистом. Но общее у них — это евроскептицизм, то есть неверие в будущее евроинтеграции. Есть исключения, но в основном это так. Поэтому евроскептики, можно сказать, обречены оставаться в меньшинстве в Европарламенте. И ввиду этого несогласия с евроинтеграцией остальные фракции стараются их изолировать, избегать каких-то договоренностей с ними. Это ставит их в непривилегированное положение и лишает их инструментов для реального участия в принятии решений. Для них Европарламент остается всего лишь трибуной, на которой они могут заявлять свои позиции.

Отмечу, сейчас в Великобритании выиграла партия Брекзита. Они тоже евроскептики. В ближайшем будущем Великобритания должна будет покинуть Евросоюз, а значит, мандаты британских депутатов будут аннулированы. И таким образом, количество евроскептиков в Европарламенте еще уменьшится.

В целом же рычаги управления все равно сохранятся у центристов — с ситуативным подключением либералов или «зеленых». Другое дело, что внутри ряда европейских стран правоцентристы уже ощущают давление со стороны крайне правых и вынуждены идти им на уступки. Обычно это выглядит как ужесточение позиции по вопросам миграции. Люди хотят жесткого подхода по вопросу миграционного регулирования и поэтому голосуют за крайне правых. Соответственно, если позиции по вопросу миграции ужесточаются, то часть электората переходит от крайне правых к правоцентристам.

В любом случае на сегодня подъем евроскептиков, которого опасались, не случился. В ряде случаев евроскептики показали себя неплохо. Они продемонстрировали хорошие результаты в Италии и особенно во Франции. Там партия Марин Ле Пен даже немного обогнала партию Макрона. Но это нельзя назвать победой.

— Не получится ли так, что позиция правоцентристов постепенно по вопросу миграции уже будет мало отлична от позиции крайне правых?

— Такая опасность есть. Но все же в этой теме есть достаточно пространства для того, чтобы выработать срединный путь. Все-таки суть центристских партий — в их умеренности. Если они и прибегают к каким-то крайним решениям, то это скорее исключение, и это сразу вызывает много вопросов у других политических сил в Европарламенте, с которыми они блокируются. Так что в новом созыве предстоит еще немало баталий по миграционным вопросам. Но не думаю, что евроскептики смогут добиться крайних решений, например полного запрета приема беженцев. И потом, миграционный кризис произошел в 2015 году, когда были активные военные действия в Сирии. Сейчас эта проблема стала менее актуальной. Теперь основная работа в Европарламенте будет направлена на предотвращение нового пика потока беженцев, чтобы не дать евроскептикам лишний повод для спекуляций. Как раз миграционный кризис 2015 года и считают триггером роста популярности евроскептиков.

Однако всем основным политическим силам Европы понятно, что миграция в той или иной форме неизбежна. Миграционные потоки никуда не исчезнут. Европейскому рынку труда с учетом старения населения нужен новый приток рабочих сил. Вопрос в том, как сделать этот процесс хорошо отрегулированным и избежать эксцессов, связанных с криминализацией и прочими негативными явлениями.

— На ваш взгляд, есть ли еще кандидаты на выход из Евросоюза после Брекзита? Кто может последовать за этим примером? Или пример с Британией уникален?

— Это скорее уникальный случай. Выход из Евросоюза через референдум в свою очередь поднял вопрос о выходе Шотландии из состава Британии. Это не делает в глазах европейцев Брекзит привлекательным. Но это может породить еще один цикл этой дискуссии. В случае если Британия выходит из Евросоюза и демонстрирует хорошие результаты экономического развития, то это, конечно, будет использовано евроскептиками как пример.

Пока говорить о конкретных кандидатах на выход не стоит. Но успех партии Марин Ле Пен во Франции вызывает некоторое беспокойство у сторонников евроинтеграции. И если бы евроскептики победили во Франции, то это было бы сильнейшим ударом по Евросоюзу. Но пока это только гипотетический сценарий.

Что касается Британии, то есть еще небольшая надежда, что Брекзит все же не состоится. А если выход будет происходить, то небыстро. Будут переходные этапы. Будут новые сложные переговоры о будущих отношениях. Евроскептики будут наблюдать за этим процессом, отмечая, какие вещи эффективные, какие нет. Возможно, в связи с этими процессами они будут менять как-то свою позицию. Поэтому я бы не стал ждать, что в ближайшее время появятся новые кандидаты на выход.

«Ряд стран пошли бы с радостью на пересмотр антироссийских санкций»

— Что значат результаты этих выборов для европейско-российских отношений? Можно ли рассчитывать, что Евросоюз будет менее охотно вводить новые санкции против России?

— Традиционно Европарламент очень критично настроен к России. Но при этом мало что способен решать в одиночку. Большинство документов принимаются через согласование между Европарламентом и Советом Евросоюза. Что касается внешней политики, то много зависит от межправительственного уровня, а не от мнения депутатов Европарламента. Сюда же относится и вопрос о санкциях. Все-таки санкции одобряются странами-членами в Совете Евросоюза. Европарламент здесь может выступать с предложениями. Но в отличие от политической системы США, где ведущую роль в санкционной политике играет Конгресс, контрольный пакет в данном вопросе остается у стран-членов. А среди них есть разные позиции: умеренные и крайние. Очень многое зависит от украинского политического контекста. Если там все-таки удастся выйти на результативные переговоры и снизить напряженность на востоке Украины, то это будет серьезным основанием для ряда стран Евросоюза ставить вопрос о смягчений санкций. Ряд стран, например Италия, пошли бы с радостью на пересмотр антироссийских санкций в сторону смягчения. Но скорее это будет иметь отношение к экономическим санкциям, а не к персональным.

— В связи с пожаром в соборе Нотр-Дам-де-Пари снова заговорили о закате Европы. Видите ли вы признаки политико-экономического кризиса Евросоюза через призму результатов этого голосования? Или мы имеем дело с типичными фобиями евроскептиков и злорадством недоброжелателей Европы?

— Любое политическое объединение подвержено кризисным явлениям. Всегда есть вопросы, которые беспокоят. Но уровень этого беспокойства касательно евроинтеграции сегодня находится в пределах нормы. В некотором смысле Евросоюз все время находится в кризисе, вопрос лишь в том, какова сила этого кризиса. Но высокая явка на этих выборах и высокая поддержка сил еврооптимистов скорее успокаивает.

Но остается большой вопрос степени слаженности политики Евросоюза. В него входят довольно разные страны по многим показателям. Им часто непросто прийти к согласованной и эффективной политике. Насколько это им будет удаваться в будущем — это важный вопрос с точки зрения того, как внешние игроки будут смотреть на Евросоюз. Как на объединение, которое говорит единым голосом и с которым нужно говорить как с единой силой? Или же сплоченность Евросоюза — это только некая видимость? Насколько страны-члены смогут проводить согласованную политику? Или же Евросоюз — это скорее лоскутное одеяло, в котором каждая страна имеет свои интересы и точки зрения? Эти вопросы продолжают сохранять актуальность. И если на них не будут найдены ответы, то это вполне может усилить кризисные явления.

Новый евробаланс. Главные итоги выборов в Европарламент

Прошедшие 23-26 мая выборы в Европарламент (ЕП) отчетливо продемонстрировали, что баланс сил в Евросоюзе значительно изменился за последние пять лет — с прошлых выборов 2014 года.

Результаты выборов можно считать историческими по двум причинам: произошел беспрецедентный рост явки избирателей, а ведущие центристские партии, которые десятилетиями определяли политику ЕС, потеряли большинство в Европарламенте. Выборы также продемонстрировали рост популярности радикалов, причем с обеих сторон политического спектра — как евроскептиков, так и евроэнтузиастов. Политическая вилка.

Утрата большинства

По предварительным результатам, крупнейшее наднациональное политическое объединение ЕС — христианско-демократическая Европейская народная партия (ЕНП), равно как и второй по численности союз партий социалистической направленности «Прогрессивный альянс социалистов и демократов» (ПАСД) хоть и сохранили первое и второе места по числу мандатов, но впервые за четверть века потеряли суммарное большинство кресел в парламенте, которое необходимо, чтобы представить на утверждение саммиту ЕС кандидатуру нового главы Еврокомиссии.

Всего в Европарламенте 751 место. Для большинства необходимо иметь 376 мандатов, которыми всегда ранее располагали в сумме Европейская народная партия и «Прогрессивный альянс социалистов и демократов» (ПАСД). Однако в этот раз ЕНП получила 179 мандатов, потеряв 38 по сравнению с прошлыми выборами 2014 года. А ПАСД досталось 152 места — на 34 меньше, чем в парламенте прошлого созыва.

«Все изменилось — большинство больше не в руках двух партий», — сказала после объявления итогов еврокомиссар по конкуренции Маргрете Вестагер, которая является кандидатом на пост главы Еврокомиссии (ЕК) от «Альянса либералов и демократов за Европу».

«Эти две партии впервые потеряли большинство. Станет сложнее создавать коалиции. Такова ситуация в странах-членах», — заявил в свою очередь первый замглавы ЕК Франс Тиммерманс — другой кандидат на пост председателя Еврокомиссии от «Прогрессивного альянса социалистов и демократов».

Прорыв либералов вместе с партией Макрона

Одним из сюрпризов нынешних выборов, хоть и ожидаемых, стало официальное объявление об объединении «Альянса либералов и демократов за Европу» (АЛДЕ) и движения президента Франции Эмманюэля Макрона «Республика на марше». Благодаря этому решению они получили 105 мест, в то время как у АЛДЕ в 2014 году было всего 68 мандатов. С этим результатом либералы в союзе с партией Макрона вышли на третье место по итогам нынешних выборов.

Этот блок можно считать радикальным проевропейским крылом Европарламента, его лидер экс-премьер Бельгии Ги Верхофстадт выступает за максимальное углубление интеграции Евросоюза, вплоть до его превращения в конфедеративное сверхгосударство. Результат АЛДЕ Верхофстадт уже расценил как победу.

Усиление евроскептиков

Как показали результаты выборов, рост популярности евроскептиков и националистов продолжается в большинстве стран Евросоюза. «Европейский альянс народов и наций» (бывшая партия «Европа наций и свобод»), большинство членов которого представляют французскую партию «Национальное объединение» (бывший «Нацфронт») Марин Ле Пен, а также партия «Европа за свободу и демократию» получили вместе 111 мандатов — по сравнению с 78 мандатами, которые они имели в Европарламенте прошлого созыва.

Многое, впрочем, будет зависеть от готовности отдельных лидеров евроскептиков и националистов из разных стран ЕС к сотрудничеству друг с другом. Их главной задачей станет переступить через свои разногласия с «коллегами» из других государств и попытаться создать возможно более представительную коалицию евроскептиков.

Успехи «зеленых»

Сильный результат продемонстрировала партия «Зеленые/Европейский свободный альянс», которой до выборов опросы предрекали лишь шестое место, а заняла она четвертое с 69 мандатами (было 52 в предыдущем составе ЕП).

За ней с 60 местами идет фракция умеренных консерваторов — «Европейские консерваторы и реформисты», которая в прежнем ЕП занимала третье место. Многие наблюдатели считают, что эта фракция потеряла популярность, поскольку для проевропейских избирателей она была слишком радикальна, а для евроскептиков — слишком умеренна.

Последнее место в списке занимает группа «Европейские объединенные левые/Лево-зеленые Севера» с 38 мандатами. Она утратила восемь мест по сравнению с 2014 годом.

Рекордно высокая явка

Явка на выборах в Европарламент выросла впервые с момента введения прямого голосования в 1979 году и составила, по предварительным данным, 50,5%. Лидеры всех партий и кандидаты на пост главы Еврокомиссии, комментируя результаты выборов, первым делом благодарили европейцев за внезапный всплеск активность. «Я поздравляю нас всех. Мы не видели такого результата в течение десятилетий», — сказала кандидат на пост главы ЕК Маргрете Вестагер.

На первых выборах в ЕП в 1979 году явка составила 61,99%, однако далее неуклонно снижалась, что наглядно иллюстрировало спад интереса европейцев к европейскому проекту. На выборах в 1999 году явка опустилась ниже психологически важной отметки в 50%, составив 49,51%, и до сегодняшнего дня продолжала падать, дойдя до своего минимума в 42,61% на прошлых выборах в 2014 году.

По мнению европейских экспертов и СМИ, тенденцию спада явки в текущем году удалось переломить в том числе за счет быстрой политизации общества на фоне роста протестных настроений, которые вылились, в частности, в движение «желтых жилетов», антииммиграционные выступления и многочисленные манифестации в европейских городах под лозунгами активизации борьбы с изменением климата.

Главный вывод, который можно сделать из этих выборов — европейцы стали значительно более политически активны и более радикальны в своих взглядах — как проевропейских, так и антиевропейских. Политический центр в Европе больше не в моде.

Вестагер возглавит ЕК?

Совершенно неоднозначной видится теперь ситуация с назначением нового главы Еврокомиссии по итогам нынешнего голосования. Сразу после выборов — 28 мая — главы государств и правительств Евросоюза проведут неформальный саммит ЕС для обсуждения их итогов, однако официальное утверждение нового главы Еврокомиссии должно произойти на июньском саммите сообщества.

Изначально предполагалось, что пост главы Еврокомиссии практически гарантирован кандидату от ЕНП немцу Манфреду Веберу, также как в 2014 году он достался другому ставленнику этой партии — Жан-Клоду Юнкеру. Однако после потери почти 20% мест в Европарламенте ЕНП вряд ли имеет моральное право продолжать выдвигать своих кандидатов на пост главы Еврокомиссии.

Велика вероятность, что им придется забыть гордость и партийные разногласия и создавать еврофильскую коалицию с социалистами и либералами, чтобы противостоять евроскептикам. Если так и произойдет, то и кандидат от социалистов — голландец Франс Тиммерманс — имеет мало шансов на пост главы исполнительной власти ЕС, по тем же причинам, что и Манфред Вебер. Зато в лидеры внезапно выходит кандидат от либералов датчанка Маргрете Вестагер, которая имеет на руках сразу три козыря.

Во-первых, значительный политический успех своего объединения — АЛДЕ. Во-вторых, тот факт, что она женщина. В нынешних условиях яростной борьбы в Брюсселе за равенство мужчин и женщин во всем, в том числе и на руководящих постах евроинститутов, это сильный аргумент.

Наконец, в-третьих, за последние пять лет на посту еврокомиссара по конкуренции она получила немалую популярность и известность, не в последнюю очередь многомиллиардными штрафами против ключевых американских компаний, в частности IT-гигантов Microsoft, Apple, Google. В условиях усиливающихся разногласий между ЕС и США и продолжающейся между ними торговой войне такая известность придает ей ореол защитника европейских экономических интересов, который сможет вести Еврокомиссию в течение следующих пяти лет.

Ася Арутюнян, Денис Дубровин

Выборы в Европарламент: победители и проигравшие

  • Поделиться
  • Поделиться
  • Поделиться
  • Твит
  • Поделиться
  • Поделиться
  • Поделиться
  • Твит
  • Ещё Скрыть
  • send
  • Поделиться
  • Поделиться
  • send
  • Поделиться
  • Поделиться

Согласно экспертным прогнозам по итогам общеевропейских выборов, Христианско-демократический союз (ХДС) Германии станет самой представленной партией в Европейском парламенте.

При рекордно высокой явке избирателей — почти 51% — европейские выборы стали свидетельством серьёзных расхождений во взглядах европейских политических партий и движений.

Ожидается, что националистические партии, такие как «Брексит» из Великобритании и Итальянская «Лига», добьются больших успехов на этих выборах, в то время как представительство их коллег из левых партий растёт.

Такие партии, как, например, «зелёные» в Германии и социалисты в Испании, по оценкам, получат, соответственно 21 и 20 мандатов.

Между тем, некоторые крупные партии Европы, по прогнозам, понесут серьёзные потери.

Двум основным партиям Великобритании — лейбористам и консерваторам — удалось набрать у себя на родине только 23% голосов.

ХДС, нынешняя правящая партия Германии, потеряла 7% голосов, однако, по прогнозам, всё ещё будет крупнейшей национальной партией в Европейском парламенте.

На фоне роста популистских политиков в Италии левоцентристская Демпартия потеряла почти половину голосов избирателей.

Европейская Народная партия (ЕНП) и Социал-демократы, традиционно крупнейшие европейские группы, потеряли около 20% своих кресел.

Традиционная центристская основа Евросоюза пошатнулась. Ультраправая антииммиграционная группа «Европа Наций и Свобод» была сформирована всего в 2015 году, но на этих выборах увеличила свой набор мандатов, получив 58 мест. Евроскептики также будут иметь значительное влияние в новом парламенте: согласно прогнозам группа «Европа за свободу и демократию», куда входят «Брексит» Фаража, итальянская «5 звёзд» и немецкая «АдГ», получит 56 мест.

С другой стороны, «зелёные» левого толка также добились больших успехов в ходе голосования. В результате затянувшегося хронического экологического кризиса блок «зелёных», по прогнозам, займёт 70 мест в Европейском парламенте.

Аббревиатуры крупнейших европейских партий

  • ХДС-ХСС (Христианско-демократический союз / Христианско-социальный союз Баварии): Правоцентристская партия в ФРГ во главе с канцлером Ангелой Меркель
  • СДПГ (Социал-демократическая партия Германии): Левоцентристская крупная современная немецкая партия, которую возглавляет Андреа Налес
  • «Зеленые» (Grüne): Левоцентристская немецкая экологическая партия
  • «Брексит»: созданную в январе 2019 года партию «Брексит» основал британский евроскептик №1 Найджел Фараж
  • Лейбористы: Британская левоцентристская партия, лидер — Джереми Корбин
  • Консерваторы (тори): Британская правоцентристская партия, лидер (до 7 июня) — премьер Тереза Мэй
  • Либеральные демократы («либдемы»): Партия либералов Великобритании, выступающая за второй референдум по «брекситу»
  • «Лига»: Итальянская партия правого толка во главе с вице-премьером Маттео Сальвини
  • Демпартия (Италия): Левоцентристская итальянская партия во главе с недавно избранным Николой Зингаретти.
  • «Национальное объединение» (Rassemblement national — RN): Крайнеправая партия во Франции во главе с Марин Ле Пен, чей список на европейских выборах представляет 23-летний Джордан Барделла.
  • Коалиция «Возрождение»: Французская коалиция левоцентристской партии «Вперёд, Республика!» президента Макрона, центристского «Демократического движения» (MoDem) и движения социал-либералов (MRSL)
  • PSOE/PC: Альянс Испанская социалистической рабочей партии и Компартии Испании во главе с Педро Санчесом
  • «Право и справедливость»: правящая правая партия Польши во главе с премьер-министром Матеушем Моравецки
  • «Европейская коалиция» (Koalicja Europejska): Польский политический альянс, состоящий из Гражданской платформы, Польской крестьянской партии, Демократического левого альянса, партии «Модерн» и партии «зелёных».

Эфир и программы Euronews можно смотреть
на нашем канале в YouTube

Возрождение ЕС или «правый» провал? Как итоги выборов в Европарламент изменят союз

В Европарламенте подсчитывают результаты закончившихся выборов. Ослабление центристов, укрепление правых и победа зеленых — вот главные изменения политического ландшафта. Националисты и евроскептики, усиления которых ожидали многие, получили меньше, чем ожидалось, но больше, чем имели ранее. «360» выяснил, что ждет новый парламент ЕС, и как новая расстановка сил повлияет на отношения Европы с Россией.

Итоги выборов

Ожидаемый многими «захват» парламента правыми партиями так и не произошел. Крупнейшим блоком Европарламента останется «Европейская народная партия», которая объединяет христианско-демократические и умеренно-консервативные партии. Она получит в новом Европарламенте 180 из 751 места.

Правда, радоваться особо нечему — партия хоть и осталась, но ослабила позиции, потеряв более трех десятков мест по сравнению с выборами 2014 года.

Левоцентристы из «Прогрессивного альянса социалистов и демократов» уже по сложившейся традиции стала второй, получив около 20% голосов и 145 мест, что также хуже ее результата пятилетней давности — тогда партия заняла 187 кресел.

Таким образом, две крупнейшие общеевропейские партии впервые получат меньше половины мест в Европарламенте, что лишает их возможности контролировать работу содружества.

Источник фото: election-results.eu

Третье место у либеральных демократов, которые получили около 109 мест.

Национал-популисты и евроскептики улучшили свои результаты, хоть и не так сильно, как этого многие ждали. Особенно стоит выделить блок «Европа наций и свобод», у него почти 60 кресел. Это альянс, крупнейшие члены которого — итальянская партия «Лига» Маттео Сальвини, «Национальное объединение» Марин Ле Пен, а также «Альтернатива для Германии». Эта фракция будет шестой в Европарламенте.

Партия Марин Ле Пен победила на выборах в Европарламент

Также блистательный рывок совершили «Зеленые». Здесь стоит благодарить возросшую озабоченность европейцами вопросом климата.

Вице-премьер Италии Маттео Сальвини проанализировал итоги выборов в Европарламент и заявил, что расклад сил в Евросоюзе меняется. Народ устал от слишком сложной, запутанной политики Брюсселя и хочет перемен.

Лидерство партии «Лига» в Италии, «Национального объединения» во Франции и Партии Brexit в Великобритании на прошедших выборах в Европарламент стало знаком перемен в Европе и началом «нового европейского Возрождения».

Европа устала быть рабыней элит, корпораций и влиятельных сил, считает Сальвини.

Фото: europeelects.eu

Интересно, что за правых в основном проголосовала Франция, Италия и Бельгия. Социал-демократы победили в Норвегии, Испании и Португалии, Европейская народная партия получила большинство в Греции, Румынии, Словакии, и других странах, в том числе — Германии, которая имеет в Европарламенте больше всех кресел.

В Великобритании, которая так и не вышла из Европы, победили сторонники «Партии Brexit».

Против диктата Брюсселя

Полностью согласен с Маттео Сальвини депутат Бундестага Вальдемар Гердт. В разговоре с «360» он заявил, что изменения уже пришли в Европу.

«Антироссийские выпады должны уйти в прошлое»: Володин оценил итоги выборов в Европарламент

«Мы видим, что все наши соседние государства, которые скептически относятся к диктату Брюсселя, набрали очень хорошее количество голосов и проценты», — отметил Гердт.

По словам депутата, Германия, правда, оказалась пока не готова к таким большим переменам в результате «долголетнего промывания мозгов». И именно поэтому, считает Гердт, его партия «Альтернатива для Германии» имеет всего 11 процентов на выборах.

Однако важно отметить, по словам собеседника «360», что в двух землях его АдГ заняла первое место.

То есть все, пробуждение народа началось. И это самое главное. Перемены однозначно будут. Парламент больше не сможет работать так, как работал до этого, декларируя нам свой образ мышления. Теперь появится серьезная сила, которая заставит их думать иначе. И я этому рад

Борьбу за лидерство в ЕС сравнили с «Игрой престолов»

Не столь оптимистично настроен кандидат на выборах в Европарламент из Германии Грегори Энгельс. По мнению собеседника «360», с одной стороны, конечно, все меняется. Но с другой — кардинальных перемен ждать не стоит.

«Если бы выборы что-то меняли, то давно бы их уже отменили. Злая шутка!» — подметил кандидат.

Посмотрев на раскладку мест в Европарламенте по фракциям, можно понять, что есть, рост у ультраправых, но есть прирост и у социал-демократов, у зеленых. Довольно много набрали и либералы. Такое положение дел не дает гарантии, что ситуация в Европе резко изменится.

Можно сказать, что у консервативных сил, которые всегда работали вместе, будет больше мотивации работать сплоченнее

Возврат к «старой» Европе?

Однако если Гердт прав и Европу ждут перемены, с чего начнет новый парламент их реализацию? С возврата к первоначальному замыслу содружества, — уверен депутат Бундестага.

Думаю, мы будем возвращаться к первоначальному замыслу, к тому, как изначально было задумано это европейское содружество. Это добровольное содружество суверенных государств. И в этом предложении все сказано

По мнению собеседника «360», если сейчас Европа успеет вернуться к этому состоянию, значит, у ЕС есть будущее. Однако противники такого возвращения к корням могут сильно мешать. Тогда, по словам депутата, может произойти даже развал Союза, который перестанет приносить пользу своим участникам.

Торговать, а не воевать

Эксперт оценил предварительные итоги промежуточных выборов в Европарламент

Новая расстановка сил в Европарламенте, считает Гердт, на отношениях с Россией скажется позитивно. Единственное, за что переживает депутат — закон о правилах отмены санкций. «Успел ли предыдущий состав парламента принять закон о том, что отмена санкций возможна только количеством большинства? Ведь раньше достаточно было одной стране отказаться от санкций», — рассуждает депутат.

Знаю, что они с огромным старанием пытались протащить это изменение. Если это уже сделано, то процесс отмены санкций будет немного сложнее. Но то, что отмена санкций будет стоять на повестке дня, в этом я уверен

Тот парламент, по словам собеседника «360», в последние месяцы работы только и делал, что «лихорадочно» пытался в последние месяцы «протащить» необходимые законы, чтобы как-то обезопасить себя, понимая, что придет смена.

«Сразу встанет вопрос о том, что с Россией надо торговать, а не воевать. И это все понимают, но почему-то не хотят громко сказать. Я лично всегда это громко говорил и буду говорить!» — отметил Гердт.

Здание Европарламента в Брюсселе. Источник фото: Andrijko Z. / wikipedia

Энгельс же и в этом вопросе выступил более сдержанно, заявив, что не видит предпосылок для радикальных перемен в отношениях между Европой и Россией.

Резких изменений не намечается пока. Посмотрим, что будет дальше. Грядут национальные выборы, которые могут изменить картину

Выборы в Европарламент: либералы, «зеленые» и националисты празднуют победу над центристами-тяжеловесами

Германские «зеленые» удвоили свое присутствие в Страсбурге (на фото — сопредседатель партии зеленых Анналена Баерброк и первый номер партийного списка Свен Гигольд)

На выборах в Европарламент европейский избиратель отвернулся от традиционных тяжеловесов европейской политики — правоцентристских и левоцентристских блоков — в пользу экологов, крайне правых и либеральных партий.

Явка оказалась самой высокой с 1994 года, возможно, за счет активности молодежи.

Рывка от «мейнстрима» в крайне правый «экстрим» не произошло, хотя националисты действительно добились большого успеха в ряде стран — прежде всего, во Франции.

Имевшие постоянное большинство в Европарламенте фракции сохранили 43% голосов, но потеряли контроль над крупнейшим демократическим органом Европы.

  • Партия Брексита заняла первое место на выборах в Европарламент в Британии
  • Европа выбирает общий парламент. Зачем он нужен и кто в него попадает

Подсчет голосов после четырехдневного голосования еще не закончен, но уже можно понять, чем Европарламент этого созыва будет отличаться от всех других.

1. Конец двухпартийной системы

Правоцентристская Европейская народная партия (EPP) и левоцентристы S&D (Блок социалистов и демократов) долго время доминировали в парламенте и конкурировали только друг с другом. Больше этого не будет.

«Конец эпохи» особенно явно чувствуется в Германии, где христианские демократы Ангелы Меркель (ХДС/ХСС) набрали всего лишь 29% голосов. Это самый большой их провал в истории выборов в Европарламент. Низкий результат показали и левоцентристы из СПД — 16% и третье место.

  • Друг Путина Марин Ле Пен едет в гости к врагам Путина

Серьезный рост, по всей видимости, ожидает центристский Альянс либералов и демократов Европы (ALDE) во главе с бельгийским политиком Ги Верхофстадтом: у них было 67 депутатских мандатов, а станет, по прогнозам, 107 (всего в Европарламенте 750 депутатов).

По мнению комментаторов, вливание новой энергии произошло за счет присоединения к ALDE новой партии французского президента Эммануэля Макрона.

2. «Зеленая» волна

Экологические партии серьезно улучшили свои показатели в целом ряде стран — от скандинавских на севере до Португалии на юге. В Германии, по всей видимости, они занимают второе место с более чем 20% голосов.

Пока другие партии с трудом пытались придумать, как отразить в своих программах глобальное изменение климата, «зеленые» оказались сразу в центре повестки дня, передает берлинский корреспондент Би-би-си Дженни Хилл.

Каждый третий молодой избиратель в возрасте до 30 лет отдал свой голос за «зеленых». Во время предвыборной кампании сразу 90 влиятельных влогеров на YouTube призвали голосовать за партии, которые серьезно относятся к проблеме глобального потепления, и отдельно акцентировали внимание на крайне правой «Альтернативе для Германии» (AfD), посоветовав своим фанатам не поддерживать ее, поскольку она не признает факт изменения климата на планете.

Популярные немецкие влогеры — такие. как Рецо, чья фото видна на плакате — призвали голосовать за партии, серьезно воспринимающие проблему глобального измнения климата

Во Франции экологический блок EELV занял третье место, но и лидер националистов Марин Ле Пен, и президент Макрон во время кампании не раз подчеркивали свои заслуги в области защиты окружающей среды.

Макрон обещал избирателям переход на возобновляемые источники энергии, а Ле Пен рассказывала, как отказ от глобализации пойдет на пользу природе.

Историческим успехом для «зеленых» можно считать второе место, завоеванное ими в Финляндии, хотя в Швеции, наоборот, они потеряли 8% былой поддержки.

В Ирландии опросы на выходах с участков дают местной партии «зеленых» 15%.

3. Переменный успех правых националистов

Крайне правые грозились перед этими выборами, что произведут переворот и захватят лидерство в европейской повестке дня.

Сделать это в полной мере им не удалось, хотя самые известные в Европе лидеры крайне правых победили у себя дома: Маттео Сальвини — в Италии, Марин Ле Пен — во Франции.

«Лига» Маттео Сальвини набирает, по всей видимости, более 30%.

Сформированный недавно Европейский альянс народов и наций (ЕАНН). собравший евроскептиков и националистов почти со всех уголков ЕС, надеялся завоевать около 90 мандатов. Пока что, согласно математической проекции подсчета голосов, у них около 70-ти.

Бывший Народный фронт — ныне партия «Национальное собрание» Марин Ле Пен — получает больше 23% голосов во Франции и занимает первое место, чуть опережая политическое движение, созданное президентом Эммануэлем Макроном.

Партия «Национальное собрание» Марин Ле Пен (бывший Народный фронт) обогнала движение, созданное президентом Макроном

Ле Пен уже не призывает к выходу Франции из Евросоюза и, вероятно, собрала хороший урожай голосов в тех районах страны, где сильны позиции антиправительственных «желтых жилетов», с которым Макрон воюет уже полгода.

Помимо Италии и Франции, успехов у националистов немного. Германская AfD — всего лишь на пятом месте.

Нидерландская Партия свободы, лидер которой Геерт Вилдерс известен своими антиисламскими взглядами, потеряла все места в Европарламенте, которые у нее были. Похоже, что его симпатизантов переманила новая популистская партия — Форум за демократию.

Politico: кто выиграл и проиграл от распределения постов в ЕС

РИГА, 7 июл — Sputnik. Саммит ЕС, на котором выбрали претендентов на главные должности ЕС, походил на безумное чаепитие из «Алисы в Стране Чудес». В том, кто в итоге выиграл и проиграл в этой партии в политический крокет, разбирается сайт Politico.

Победители

Эммануэль Макрон. Президент Франции разбил сложившуюся систему выбора главы Еврокомиссии и уничтожил кандидатуру правоцентриста Манфреда Вебера, которого счел недостаточно квалифицированным. Макрон заполучил пост президента Европейского центрального банка (ЕЦБ) для своей соотечественницы Кристин Лагард и сделал своего бельгийского приятеля Шарля Мишеля главой Евросовета. И если Урсула фон дер Ляйен станет главой Еворкомиссии, она тоже будет у Макрона в долгу, и он не постесняется об этом напомнить.

Феминистки. Они десятилетиями ждали женщину на высоком посту в ЕС, а дождались сразу двух. Еврокомиссар по конкуренции Маргрете Вестагер не смогла возглавить Еврокомиссию, но тоже получит повышение в должности.

Внешняя политика ЕС. В новой комиссии лидирующие роли займут один действующий глава МИД (Жозеп Боррель) и один бывший (Франс Тиммерманс), а возглавит ее министр обороны. Это удачный день для тех, кто хотел бы видеть больше внешней политики и безопасности в повестке ЕС.

Шарль Мишель. В мае он потерпел серьезные поражения как на национальных выборах, так и на европейских, но это не помешало ему стать самым молодым президентом Евросовета в истории.

Давос. Всемирный экономический форум в швейцарских Альпах любят и фон дер Лейден, и Мишель, и особенно Лагард, которая носит неофициальный титул Королевы Давоса.

Политические династии. Фон дер Ляйен и Мишель — дети политиков. Отец фон дер Ляйен, Эрнст Альбрехт, работал в Еврокомиссии и был премьер-министром Нижней Саксонии, а отец Мишеля, Луи Мишель, был главой МИД Бельгии и еврокомиссаром в двух комиссиях.

Французские банки. Лагард, может быть, и не эксперт по монетарной политике, но она может быть полезна Парижу в том случае, если французский банк нарушит требования ЕС и окажется перед угрозой реструктуризации.

Проигравшие

Манфред Вебер. Европейская народная партия (EPP) выиграла выборы в Европарламент, но представляющий ее Вебер не смог возглавить Еврокомиссию. Теперь ему придется объяснять фракции EPP, которую он возглавляет, что ей надо голосовать за другого правоцентристского политика из Германии. Будет неловко.

Восточная Европа. Вышеградская группа в очередной раз показала, что ломать — не строить. Четверке в сотрудничестве и Италией удалось не пустить Тиммерманса на пост главы Еврокомиссии, однако эта победа скоро поблекнет. Тиммерманс станет вице-президентом Еврокомсиссии, а саммиты ЕС будут проходить под руководством Мишеля, правительство которого пало из-за поддержки пакта ООН о миграции, ненавидимого Вышеградской группой. Да, и ни один политик с востока не получил назначения.

Северная Европа. Ни один представитель этого региона никогда не занимал высших должностей в ЕС. К выборам 2019 года Северная Европа подошла со списком кандидатов на каждый из пяти постов, из всех трех крупнейших партий ЕС. Однако кроме Вестагер, которой обещали пост вице-президента Еврокомиссии, им опять не досталось ничего.

Мартин Сельмайер. Генеральный секретарь Еврокомиссии обычно выигрывает, и может сделать это снова — к примеру, возглавив Всемирную торговую организацию или став послом ЕС в Лондоне. Однако пока он проиграл. Он не смог обеспечить победу своему приятелю Андрею Пленковичу, премьер-министру Хорватии. А неписаные правила ЕС не позволят ему сохранить высокий пост в Еврокомиссии, которую возглавляет представительница Германии. Более того, для фон дер Ляйден лучший способ завоевать симпатии евродепутатов — преподнести им голову Сельмайера на блюде.

Молодежь. Шестнадцатилетняя Грета Тунберг убедила миллионы молодых людей участвовать в климатических протестах, а лидеры ЕС много говорили о смене поколений. Однако ведущие посты получили политики в возрасте 72 года (Боррель), 64 года (Лагард), 63 года (президент Европарламента Давид Сассоли) и 60 лет (фон дер Ляйден). Мишелю 43 года, и по сравнению с остальными он просто младенец, но его сложно назвать молодым политиком.

Кристалина Георгиева и Ги Верхофштадт. В том, что касается высших постов ЕС, эти двое — вечные «подружки невесты». Хотя вряд ли это конкретное поражение было слишком ужасным: Георгиева по-прежнему возглавляет Всемирный банк, а если политическая карьера Верхофштадта все-таки закончится, у него просто будет больше времени на занятия бизнесом.

Балканы: Страны юго-восточной Европы, которые надеялись когда-нибудь вступить в ЕС, получили двойной удар. Для начала Макрон завил, что заблокирует любую попытку расширения ЕС, пока процесс выбора лидеров не будет реформирован, а затем внешнюю политику ЕС доверили испанцу Боррелю, стран которого не признает независимость Косово — плохо начало для разрешения конфликат между Косово и Сербией.

Серединка на половинку

Трудно сказать, выиграла или проиграла канцлер Германии Ангела Меркель. Ее первоначальные кандидаты на пост главы Еврокомиссии были отвергнуты двумя институтами, которыми она, предположительно, правит — Евросоветом и EPP, причем бунт молодежного крыла EPP был нахальным и публичным.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector